Интервью с Питером Койотом

Интервью с Питером Койотом

Как вы попали на этот французский проект? Как вообще американский актер попадает на съемки французского кино?
Когда я был моложе, я снял фильм под названием «Влюбленный мужчина» − Un Homme Amoreux, имевший огромный успех в Европе. Режиссером была француженка, и хотя сам фильм был на английском языке, благодаря ему я попал на обложки таких журналов, как Vogue, Elle и других известных журналов Европы. Американскому зрителю работа тоже очень понравилась, только вот неудачная рекламная кампания продавала нашу картину как «женский» фильм. Так или иначе, благодаря этому фильму я познакомился со своим замечательным французским агентом по имени Селин Камина из UBBA; она всегда внимательна: если появляются хорошие роли для меня, то я об этом узнаю.

Как вы готовились к этой роли?
Большая часть моей подготовки состоит из работы с моим выдающимся тренером, Таней Блюмштейн, французско-американской девушкой с экстраординарным слухом и чемоданом, полным полезных упражнений. После разминки мы начинаем с гласных звуков, в порядке их появления в репетируемом диалоге, затем произносим слова, а затем фразы. Хоть я говорю на французском языке вполне сносно, в сценарии много слов и фраз, которые я бы сам никогда не использовал, поэтому мне необходима более основательная подготовка, нежели чем французским актерам. Нужно добиться того, чтобы мне вообще больше не приходилось думать о языке: в этом плане необходимо доверять своим чувствам и интуиции. По сравнению с игрой в англоязычном фильме это в два раза больше работы.

Когда и где вы научились свободно говорить по-французски?
Ну, мой французский довольно свободный, но это не означает, что я всегда говорю правильно. Я научился говорить «sur les plau du cinema», но есть так много слов и фраз, которые я произношу грубо и не совсем правильно: «Je me tire» (я раскалываюсь), «Fil moi une tige» (дай мне сигарету) и т. д. Я люблю французский и старательно работаю над ним, когда нахожусь во Франции, но в Америке не так много возможности его практиковать, как, например, испанский (на котором я также говорю и работаю).

Каковы, на ваш взгляд, основные различия между работой в США и Европе? Где лично вам больше по душе?
Я, на самом деле, ушел из американского кино. Они настолько одержимы «бизнесом», что превращают работу в каторгу − хронометраж фильмов уменьшается, время проведенное на съемочной площадке увеличивается: пока идут съемки, о жизни можно забыть. Мои дети окончили аспирантуру, у нас нет долговых обязательств, поэтому мне больше не нужно мириться с этим. Европа совершенно другая. Вы приходите на работу в разумное время утром, можете позавтракать с партнером или детьми, надеть костюм и нанести грим. После обеда, как правило, работаете в течение восьми часов с круглосуточным буфетом, в котором можно подкрепиться в любой момент. С работы выходите достаточно рано, чтобы успеть забрать вещи из химчистки или пойти на рынок или увидеть свою подружку, и не ощущаете того, что вы продали свою душу кинокомпании. В конце концов, чего стоит ваша жизнь? В моем возрасте у меня больше денег, чем времени, поэтому я очень осторожен с тем, что я с ним делаю.

Люди очень хорошо помнят вашу роль в фильме «Инопланетянин», оглядываясь назад, какое воспоминание со съемок этого фильма вам дороже всего?
Когда мы снимали «Инопланетянина», Стивен Спилберг еще не был той культовой фигурой, которой он стал позже. Следовательно, атмосфера на съемочной площадке была расслабленной и очень дружной. Мое самое драгоценное воспоминание состоит в том, что он позволил мне написать три варианта сцены в больнице, где я говорю Эллиоту, что был рад, что к нему прилетел инопланетянин. Хоть сценарист Меллисса Мэтисон и выполнила окончательную «полировку» написанной мной сцены, все, что я в нее внес, осталось неизменным. Это произошло потому, что я сказал Стивену, что не хотел бы выставлять взрослых или науку злодеями в данной ситуации. Он с этим согласился и попросил мне попробовать самому написать сцену. Сегодня это неслыханная привилегия, и спустя все эти годы я остаюсь благодарен ему.

Работаете ли вы в данный момент над какими-либо кинопроектами? Расскажете нам о них?
В настоящее время проект Кена Бернса «Война во Вьетнаме» − 18 часов в 9-ти двухчасовых эпизодах. Это очень сильный проект и привлекает к себе много внимания. Я отработал свой прощальный проект в Канаде прошлой зимой: сериал из шести эпизодов под названием «Исчезновение», который выйдет в конце этого года. Прекрасный сценарий. Прекрасные актеры и режиссеры, но я уже перестал получать удовольствие от игры, и знал, что пришло время уйти. Работа в условиях низких температур тоже не сыграла в мою пользу.

Вернуться к Вальпараизо